To be myself is something I do well
Весна разыгралась не на шутку! По счастью, ей нет никакого дела до блокировок телеграм, стай БПЛА, бесконечных ремонтов дороги и вскрывшейся после зимы тротуарной плитки.
Что там блокировки Телеграм и замедление мобильного интернета! Забаррикадировали даже подходы к Публичной библиотеке!
Если хочешь почувствовать себя лет на двадцать моложе, нужно выбраться из дома после заката (ведь темнота — друг молодёжи!). Ночной Петербург прекрасен не меньше утреннего или вечернего: в субботу у корпуса Бенуа кипит жизнь. Русский музей очаровательно умиротворён ближе к ночи…
Нежное, тёплое, солнечное прикосновение ранней осени. Рыжее кленовое пламя среди беспорядочно разложенных страниц. Робкие, осторожные, вполголоса, будто издалека, звуки рояля. То, что не выразить словами.
Васильевский остров — особый мир в черте Петербурга. Я всегда смотрела на него с опаской с другой стороны Невы, а Смоленское кладбище и вовсе вызывало тихий ужас. Знаю, что живущие тут редко меняют район.
Я, наверное, тоже люблю его…
Главная музейная ночь года была ясной и холодной.
Формат мероприятия в сравнении с опытами первых лет сильно изменился: вместо спонтанного хаоса музейной программы, которую раньше можно было составлять и менять на ходу, купив единый входной билет, теперь требуется жёсткое продуманное расписание.
Для меня Петербург и Ленинград — два разных города, два мира, две судьбы. Я люблю оба, но существуют они параллельно, пересекаясь кое-где время от времени: на исходе белой ночи, вдоль молчаливых гранитных набережных, в парках и садах.
С карандашом в руке и увесистым тёмно-красным томом истории русской поэзии подмышкой, представляю, какое впечатление я произвожу на не окончательно проснувшихся с утра и уставших и раздражённых вечером пассажиров.
Недавние комментарии