To be myself is something I do well
Прочитала у Сергея Добротворского, что Куросава — возможно, самый неяпонский из японских кинорежиссеров. Полагаю, в этой точке зрения есть доля истины…
Сергей Добротворский и его «Кино на ощупь» вернули в мою жизнь кино. Оказывается, и о нем можно писать так захватывающе, что бОльшее удовольствие читать — о том избранном, что уже отобрал за тебя (для тебя) искушенный знаток, — чем смотреть что попало, кидаясь афиши.
Наконец-то я заполнила один из самых грандиозных пробелов в своём кинообразовании.
Три с половиной часа кино после перерыва в несколько месяцев — немного утомительно, но итальянцы, как всегда, бесподобны, о чём бы они ни снимали. И даже когда они снимают ни о чём.
Я не смотрела кино очень долго, месяца два или, может быть, даже больше. Последний фильм, который помню отчётливо, — «Кот».
Несколько лет назад меня совершенно потрясли «Медведи Камчатки», представленные авторами в «Авроре». Именно поэтому, после того как весной мы увидели трейлер «Огненного лиса», с нетерпением ждали его выхода в прокат.
«Обезьяна зимой», «Mayrig», «Сицилийский клан» — три совершенно разных фильма с великолепными французскими актерами…
Я смотрю кино много больше и чаще, чем раньше. Наверное, разбираюсь в нём теперь немного лучше. Возможно, отчасти поэтому задеть, встряхнуть, возмутить меня стало гораздо труднее.
Французские драмы хороши тем, что не нагнетают лишнего, не сгущают намеренно красок, не предвещают с самого начала трагической развязки: герои живут, как дышат, естественно, легко и свободно.
Татьяна Ларина всегда была моей любимой героиней. Не то чтобы мне хотелось быть на неё похожей и не сказать, что у меня было с ней так уж много общего (не больше, чем у других), — это совершенно абстрактная форма восхищения поэтическим идеалом, не пригодным для жизни и невозможным за пределами литературы, воплощение безмерной любви к роману и его автору, нашедшей объект поклонения.
Безрадостная драма о той безысходности, в которую порой может зайти брачная история.
Недавние комментарии