«Онегин» (2024)

Татьяна Ларина всегда была моей любимой героиней. Не то чтобы мне хотелось быть на неё похожей и не сказать, что у меня было с ней так уж много общего (не больше, чем у других), — это совершенно абстрактная форма восхищения поэтическим идеалом, не пригодным для жизни и невозможным за пределами литературы, воплощение безмерной любви к роману и его автору, нашедшей объект поклонения.

Это, возможно, не шедевр кино, но классическая экранизация главного русского романа, которая давно должна бы быть, но появилась только сейчас, которую давно хотелось посмотреть — и вот наконец-то представился случай.

Все близко к тексту, но без рифм: отказ от стихотворной формы естествен — стихи оставлены письмам и рассказчику. Он (Владимир Вдовиченков) первый, кто встречает зрителя на пороге фильма, по-приятельски, между делом, буднично, непринужденно, намеренно немного однообразно, без пафоса и патетики ведет историю молодого повесы, с которым некогда был знаком. Это не обезличенный голос демиурга за кадром, но один из многих встречавших Онегина в свете и наслышанных о его жизни в деревне.

В молодость Евгения (как и в юность Татьяны) верится с трудом, но довольно скоро это становится неважным. Зато пара Ольга-Ленский превосходна, и то, что Владимир (Денис Прытков) не совпадает буквально с романным героем, — смелый шаг навстречу правдоподобию и достоверности. Чудесны Ларина (Алена Хмельницкая), няня (Светлана Немоляева), Зареций (Алексей Гришин) и Гильо (Карэн Бадалов). Не слишком удачен муж Татьяны (Александр Яцко), и она напрасно названа Евгением княжной.

Полноправные участники действа — стелющиеся за горизонт бескрайние просторы вокруг Михайловского, спящие зимние, осенние, летние пейзажи; бежит-искрится на солнце узкая извилистая Сороть, отражает небесную кучерявость облаков широкое спокойное Кучане. Лариных поселили в Петровском, замечательно восстановленном имении Ганнибалов; дядюшку хоронят на Савкиной Горке. Елагин дворец, как и Гатчинский, — пожалуй что перебор: не в меру роскошно. Из петербургских окон Онегина открывается вид на Петропавловский собор: вряд ли такое могло достаться наследнику промотавшего состояние тремя балами в год покойного родителя. Зато утопающий в золоте Большой зал Екатерининского дворца — подлинный высший свет, по счастью, избавленный от малинового берета и испанского посла. Не хватает только блестящего полонеза.

Я рада, что сюда не приплели Чайковского (хор девушек не в счет): при всей моей любви к Петру Ильичу, опера, наверное, навеяла бы ненужную, старомодную скуку. Показали сон Татьяны и ее визит в опустевшую усадьбу Онегина — эпизоды короткие, но ключевые, придающие пространству романа объём, образу Татьяны — глубину, а сюжету — выход за пределы банальности.