Рубрика: Литература

Павел Селуков. «Как я был Анной»

«Добыть Тарковского» — беззлобный, не слишком изысканно матерящийся, бравирующий своей пэтэушностью, непутевый, не нашедший, но не бросивший искать свое место в жизни лирический герой, не лишенный чувства юмора, бытового благородства и сострадания к окружающим. Все это — на фоне муторной Перми девяностых, мыкающихся потерянных людей, всеобщей пустоты, нищеты, бессмысленности. И тем не менее, во всех рассказах — тени, искры, всполохи надежды.

В «Как я был Анной» такого почти нет.

Музей-квартира М.М. Зощенко. 18 сентября 2022

Зощенко — одно из сокровенных ленинградских имён, не для избранных, но — для посвящённых.

Наталия Репина. «Жизнеописание Льва»

Лето на даче в Переделкине, собственный запущенный сад, поездки на такси — все это не мое прошлое, не мое детство. У нас никогда не было знакомых среди писателей, музыкантов, актеров или представителей других творческих профессий. Но, тем не менее, вопиющая неприспособленность переделкинских обитателей к обычной жизни, нелепые отношения мужчин с женщинами, женщин с мужчинами, клиническая неспособность принимать окончательные решения и отсюда неизбежно следующее за ней плавание по течению (что скажешь — блаженные), ближе и роднее многих вещей, известных непонаслышке.

Почему я читаю

Вопрос, зачем читать (художественную литературу), бессмысленный и праздный. Объяснять, зачем это делать, — наверное, ещё более неблагодарное занятие. Если по собственному желанию берёшь в руки книгу, чаще всего у этого нет никакой внятной цели, но есть — причина.

Обломов

Сдав экзамены за 9 класс, Никита вдохновенно предался беспечному валянию на диване…

«Люди, годы, жизнь»

Литературный бес — препоганое существо: просыпается, копошится, щекочет в носу. Не дает жить размеренно и спокойно — капризничает, проказничает, суетится. Торопится, дразнит, искушает.
Много раз мне хотелось написать о воспоминаниях Эренбурга…

Владимир Сорокин. «Доктор Гарин»

Год назад я прочитала «Доктора Гарина», и поэтому происходящее — не неожиданность, а сбывающийся, порой в пугающих мелочах, роман Сорокина. После «Дня опричника» трудно не поверить в реалистичность казалось бы полного литературного бреда. Сколь бы страшными и невообразимыми ни казались события: это не выдумка, не фантазия, не плод больного воображения, а концепция будущего, безрадостного и беспощадного.

Совесть художника

Вместо кино — книга о кино. Литературные страницы кинематографа, зазеркалье зазеркалья, пространство многомерных искажений. Когда в фокусе внимания писатель, невероятные вещи подчас творятся в кадре, а уж когда поэт!

Кино о литературе

Вымысел и правда, правда и истина, правда и правдоподобие, искусство писателя и искусство редактора, соотношение автобиографии и выдумки в романах и мемуарах: вряд ли кино может претендовать на то, чтобы глубоко исследовать эти и кучу других вопросов о писательском ремесле, но, оказывается, фильмов о… Continue Reading «Кино о литературе»

Кейс Верхейл. «Танец вокруг мира» (это снова немного о Бродском, но не только)

Когда книги уже не помогают, в ход идут книги о книгах. Двойное абстрагирование — действенный способ кристаллизации растрёпанного сознания, теряющего границу между миром и собой. Поиски себя в искривлённом пространстве и времени легче, если включить в них языковое измерение. В такие минуты я жалею, что не связала с ним свою жизнь, что процесс его постижения бессистемен, фрагментарен, постоянно прерывается в силу неважных посторонних причин и продолжается от случая к случаю сам по себе. Как сейчас.

%d такие блоггеры, как:
%d такие блоггеры, как:
%d такие блоггеры, как:
%d такие блоггеры, как:
%d такие блоггеры, как:
%d такие блоггеры, как:
%d такие блоггеры, как:
%d такие блоггеры, как:
%d такие блоггеры, как:
%d такие блоггеры, как: